Вы здесь

Полнолуние

Эдвин Эрлих

Взял в пятницу 1 день отпуска и рванул в свой ревир на ночную охоту на кабанов. Было не очень холодно, +7 градусов, но без дождя, что редко в это время года. На этот раз выбрал вышку с крышей в старом буковом и дубовом лесу с мелкими вкраплениями берёз и сосен. Пожухлая листва покрыла ковром всю землю, но кроны ещё густые. В солнечном свете всё жёлто-золотое, хотя зелень ещё не побеждена окончательно.

Залез на вышку в 17 часов и стал ждать когда стемнеет. В 19 часов лес вымер. Стало невыносимо темно, лёгкий ветер подвывал в кронах, лес начал стонать, зрелые жёлуди периодически с треском падали со старых дубов, трещали сучья. Самое неуютное время, когда невольно проверяешь на месте ли револьвер в кармане и быстро ли он вытаскивается из него. Сегодня револьвер с собой я не взял, лень было таскать в кармане. Тут же пожалел, хотя подумав, сам над собой насмехнулся. Зачем ночью в лесу на вышке револьвер? Ни один индеец не в состоянии бесшумно к вышке подкрасться. Листва лежит плотным сухим ковром и при малейшем движении шуршит. Каждую мышь слышно за 20 метров. Куда уж там человеку ночью по лесу бесшумно двигаться. Человека слышно уже метров за 200, даже если он крадётся.

Кроме неясных шумов, шуршаний и отдалённого рёва оленя ничего не происходило. Луна поднялась достаточно высоко к 22 часам. И сразу лес преобразился. В лунном свете расстояния уменьшаются и кажется, что соседние деревья можно достать рукой. Всё кажется маленьким, как в детском домике. Резкие углы сглаживаются и лес становится уютно-расплывчатым, как бы прорисованным угольным карандашом. От сердца отлегает, ветер обычно в этот момент успокаивается и лес стоит торжественными кулисами предстоящего приключения. Про револьвер в такие моменты забывается и рука тянется к карабину проверить взвод замка и сделать парочку прицелочных примерок в разные стороны. С какой стороны зверь придёт угадать нельзя. Стало опять что-то видно через бинокль. Выпил всё кофе и съел половину всех запасов уже к полуночи.

И тут началось какое-то мощное шевеление в кустах, которое ночью я только от кабанов слышал, оно продолжалось до часа ночи. После напряжённого прислушивания потихоньку стало до меня доходить, что это не кабан. Кабаны редко в одиночку ходят и землю роют громко с повизгиванием. Сильно долго на одном месте не останавливаются и двигаются по лесу со скоростью грибника. А тут шум, то пропадёт, то с новой силой начинается. Такое ощущение, что зверь палкой по деревьям стучит, как мальчишки, которые вдоль забора бегут и палкой по штакетнику чертят. В 1 час ночи шум прекратился и зашуршало сухими листьями. Кто-то медленно брёл по траве. Навёл Лейку на шум и наконец-то увидел своего ночного гостя метрах в 40 от меня. Статный благородный олень с шикарными рогами-лопатами. Благородные олени в холке пониже обычных оленей будут, но всё равно большие звери. Походил тихо шурша вокруг моей вышки и подался в соседнюю рощицу рогами по штакетнику молодых дубков постукивать.

Сейчас стрелять оленей самцов нельзя. Не сезон. Только самок можно, но самки-то как раз и не выходят. Обидно, но ничего не поделаешь. Понаблюдал я через оптический прицел за оленем, несколько раз даже на курок символически нажал и отставил карабин в сторону. Просто наблюдать удобнее через мою любимую Лейку. Это тяжёлый из-за здоровенных светосильных, ещё стеклянных, линз бинокль. Подкрадываться к дичи или гулять с ним - морока, всю шею оттянет, а вот на вышке - само то.

Олень уходить не собирался и бродил за кустами в перелеске недалеко от вышки. Я незаметно закемарил, не смотря на литр чёрного кофе, который потихоньку выдохся в жилах кофеином, и в какой-то момент заснул окончательно. Вчерашнее выступление в суде всплыло в ночном кошмаре перекошенной гримасой недовольного адвоката, комп в моём сне почему-то не хотел включаться, а все ждали от меня чего-то важного, что было в компе и я никак не мог вспомнить критическую дозу каннабиноидов, тупо давил на кнопку, а комп был мёртв, судья едко чего-то спрашивал... Обычные ночные полукошмары конца трудовой недели.

Но спишь на охоте лишь в полглаза и при этом, видимо, как наши предки, всё слышишь. Пол четвёртого утра сознание пронзил визг молодого кабанчика. Адреналин горячей волной прокатился по всему телу, сон пропал в миг и сердце заколотилось раза в три быстрее. Содрал с лица и шеи маску чтобы она не закрывала уши, а то слышно в ней плохо, и стал жадно прислушиваться автоматически открыв рот (так слышно лучше).

Ночью охота на кабана идёт ушами. Зверь тяжёлый и бесшумно двигаться по лесу в темноте у него не получается. То ветка треснет, то листва зашуршит. Да и переговариваются свиньи друг с другом. В темноте ведущая самка старается кабанят от себя далеко не отпускать. Фыркнет грозно, а они сразу к ней со всех сторон через кусты ломятся. Идут кабаны рассыпавшись кучкой и как бы прочесывают лес. Если затихнут, то значит нашли чего-то съестного и роют рылами землю. Бывает, что испугает их что-то и они застывают и прислушиваются жадно втягивая ноздрями воздух.

Слышу, что идут кабаны группой и прямо на мою вышку. В полнолуние видно плоховато. Пик его был уже три дня назад и теперь с каждой ночью становится всё темнее. Под деревья лунный свет практически не пробивается. А вот на прогалинах, как прожекторы включены, через дырки в кроне луна пробивается. Видно всё, как на ладони. Но кабаны бредут по кустам и лишь редко в свет луны выходят.

Смотреть через бинокль намного проще и лучше чем через оптический прицел, но толку мало, так как бинокль не стреляет. А пока кабана увидишь, бинокль в сторону отложишь, карабин приладишь и через оптику место найдёшь, где кабан был, зверь уйдёт уже. Приходится смотреть сразу через оптику, а она по типу подзорной трубы сделана, высекает из леса круглый кусочек метра так в три в диаметре, остальное в поле зрения не попадает. Шаришь этой оптикой по кустам, а найти место быстро не получается. Приходится глазом находить нечто приметное рядом с кабаном, типа сука особо изогнутого, на него оптику наводить и уже потом с этого сука в сторону цели съезжать. Коль поймал кабана в прицел, тут уж не плошай и веди его в прицеле дальше. Отвлекаться нельзя. Резко прицелом качнёшь и всё - цель из поля зрения пропала. Всё заново...

Два кабанчика неясными пятнами проползли в тени деревьев, через оптику в темноте была видна только размытая чернота. Стрелять так нельзя, зверя не убьёшь, а только ранишь. А раненый зверь уйдёт в лес и не найти его. Может и оправится от ранения, а может и сдохнет где через пару дней. Толку от этого никакого нет. И зверя загубишь, мяса не добудешь, да и патрон зря изведёшь. Так что стрелять можно только наверняка. Наверняка, значит, что контуры зверя должны быть в момент выстрела отчётливо видны. Стрелять надо по грудной клетке. Самое выгодное место. Такой выстрел всегда смертелен и пропадает лишь немного мяса в области рёбер. Опять же в брюхо попасть ни дай бог, так как взорвавшиеся от гидродинамического удара пули кишки и желудок зальют своим содержимым всё мясо, которое придётся потом долго отмывать и вырезать выбрасывая собакам. Такие выстрелы были у каждого охотника, но вспоминают про них очень неохотно и другим особо не рассказывают. Чего позориться зря... А выстрел по грудной клетке мяса практически не портит, окорока, спинка, шея и лопатки остаются не повреждёнными, да и зверь далеко уйти не может. Открытый гематоторакс или ранение сердца дают возможность зверю уйти с места выстрела метров на 30-100, но не далее.

Два кабана миновали мою просеку и скрылись в кустах. Но слева слышу опять визг молодого кабанчика и возню чуть правее. Громко хрустнула ветка за моей спиной, видимо кабаны идут на вышку цепью, но там не видно ничего. Кроны деревьев ещё плотные и свет практически не пропускают. У меня всего один шанс на выстрел. При переходе просеки кабан должен попасть в сноп лунного света. Их сейчас целых три полосы метра по 2 шириной. Всё остальное утонуло в темноте. Убираю увеличение на оптическом прицеле на минимум х3, так удаётся увеличить высекаемый из леса круг метров до 5. Так видно хуже, но глаз может следить за всей просекой. Паутинка прицела уменьшается и сливается с серым фоном. Прицела не видно, не беда, подключаю подсветку прицела. Прицельная точка начинает тлеть в центре прицельного круга сигаретным окурком. Теперь пуля будет лететь туда, где тлеет точка прицела. Видно круг леса с мерцающей в центре точкой. Ждать становится невыносимо, кабаны затихают. Неужели почуяли меня? Хотя с подветренной стороны вроде никаких шумов ещё не было. Не должны были меня учуять. Сижу тихо, почти и не дышу уже. Пальцы замёрзли на стали замка и руку стала сводить потихоньку судорога. Опять же сижу на левой полуж...пице на краю доски извернувшись в сторону. Ещё минут пять выдержу, а потом придётся вставать и менять позу, а то рухну на пол. Ну где же кабаны?

Налетает порыв ветра, кусты в виде тёмных пятен начинают шевелиться, с ужасом понимаю, что не вижу теперь где куст, а где кабан. Всё шевелится. Единственный шанс выделить куст, который движется, это и будет кабан. Соскакиваю прицелом с просеки влево, туда, где под деревьями должны быть кабаны и ищу двигающийся куст. И точно! Куст качнувшись пару раз переходит с одного места на другое. Адреналин в очередной раз уже более слабой волной бьёт по жилам, сердце слегка откликается тахикардией и я перестаю дышать. Куст бесформенной массой двигается к просеке, на кромке леса распадается на две тени. Это два кабана, идущие рядом! Первый кабан мутным пятном выходит на просеку в тёмном месте, второй задерживается на кромке леса и тянется за первым пытаясь перейти просеку, но чуть рядом с первым и попадает в свет лунного прожектора. В один миг вижу чёткий силуэт зверя с заострённой мордой и даже метёлку хвоста. Выстрел удивляет меня самого своей неожиданностью и рефлекторностью. Стреляю, однако, уже не сознательно, а как-то на рефлексе, подсознательно что-ли. В момент выстрела уже знаю куда попала пуля. Попала куда надо. Любой часто стреляющий человек знает куда он попадает уже в момент выстрела, что на мишени, что на звере. Я знаю, что попал, но где кабан?

Глаза ослеплены дульной вспышкой, слух отключился и в ушах стоит звон. С минуту надо чтобы отойти и опять включить зрение и слух. На всякий случай репетирую следующий патрон в патронник и замираю в ожидании. Вдали слышен топот табуна кабанов, которые уже метров на двести, а то и триста ушли в лес. Они выходят из зоны слышимости. Лес, испуганный выстрелом, замирает на несколько минут.

Удостоверившись, что кабанов рядом нет, спускаюсь с вышки, настраиваю фонарик и иду искать кровь на месте попадания. По ней можно будет найти ушедшего в кусты кабана. Спускаться с вышки ночью не очень тянет. Две недели назад во всех газетах писали, как охотника задрал подраненый кабан. Тот хотел его добить и пошёл с собакой искать подранка. Кабан выскочил неожиданно для охотника и рванул клыком ногу отбросив его в сторону. Порвал при этом вену и толи подколенную, толи бедренную артерию. Рядом были другие охотники, которые тут же бросились оказывать помощь и вызвали скорую. Всё было напрасно. Пока привезли в больницу, наступила смерть от геморрагического шока. Шок был и у меня, так как я именно там и охотился всю прошлую зиму и многих из описанных в газете охотников знаю лично. Правда погибшего не знал. Но на всех встречах охотников этот случай был темой номер один.

С вышки лес кажется в лунном свете милой карманной рощицей. Спустившись вниз, понимаешь, что лес большой и освещённое место на просеке теряется среди других таких же. Где же я подстрелил кабана? Начинаю работать, как на месте происшествия. Прочёсываю левую сторону просеки метров на 100 от вышки а потом назад. Листья в света фонарика красно-коричневые, брызг крови не видно. После 30 минут поиска в полусогнутом состоянии спина отказывается искать дальше. Передыхаю и размышляю. Если дожидаться рассвета, то это займёт ещё часа три. Потом пока найду, пока выпотрошу, пройдёт часа четыре. Мясо может завонять от кишок. Надо потрошить в первый час после наступления смерти, тогда мясо останется чистым. Делать нечего, надо искать дальше. Но надо всё же точнее место выстрела ограничить. Лезу опять на вышку, прилаживаюсь и пытаюсь определить где находится наиболее вероятное место попадания. Замечаю два дерева и иду искать на второй круг уже между ними.

Теперь сканирую фонариком середину просеки полосой шириной в метр изучая каждый листочек. Минут через 10, когда терпение моё уже на пределе, вдруг нахожу место выстрела. Вся трава забрызгана крупными хлопьями пенистой крови. Типичный признак выстрела в лёгкое. Значит не подвёл меня глаз, попал действительно в лёгкие. Крови много. Внимательно осматриваю брызги и нахожу стекающие капли, как восклицательные знаки. Точечки показывают направление движения. Иду по кровавому следу. Кабан метров через 6 сделал резкую петлю и ушёл в сторону. Далеко уйти он не мог. Кровавый след обильный и широкий. Метров через тридцать натыкаюсь на тушу. Нашёл!

Разделка туши дело привычное, процедура эта даётся, благодаря специальным навыкам судебного врача, легко. Выволакиваю верёвкой тушу килограмм в 65-70 с большим трудом из кустов при помощи верёвки на просеку и начинаю разделку с выделением органокомплекса. Вырезав гортань, пилю грудину и вытаскиваю спавшиеся прострелянные лёгкие и сердце. В грудных полостях примерно по 200-300 мл свёртков, лёгкие спавшиеся. Сердце не затронуто. И в этот момент раздаётся справа от меня недовольный рык кабана, ему отвечает другой впереди меня. Кабаны вернулись!

Адреналин бьёт по организму изо всех его гормональных сил, лихорадочно пытаюсь сообразить что же делать? Где карабин? Я его поставил к дереву, но к какому? Лихорадочно свечу фонариком моей шахтёрской лампочки на голове, но карабина нет. Все деревца одинаковые, в темноте не видно. Тут меня пронзает горькое сожаление. Револьвер калибра .357 магнум который пробивает автомобиль насквозь и рвёт револьвер из рук мощной отдачей пули в 500 джоулей остался дома в сейфе. Идиот! В окрававленных руках маленький ножичек, для кабана это даже не зубочистка, а просто насмешка. Будет только мешать. В кустах идёт шуршание, кабаны рядом. Бросаю нож чтобы не мешал и примериваюсь к дереву. В голове сразу всплывает охотник с порванной артерией. Если что, придётся лезть на гладкое дерево. Очередной кабаний рык в метрах 10 от меня прибавляет мне прыти и я подскакиваю к ближайшему дереву и готовлюсь штурмовать его вершины. Ствол гладенький и лезть будет тяжко. В замешательстве свечу фонарём на следующее дерево и вижу около него мой карабин. Но в этом направлении начинают трястись кусты, кабаны там. До дерева метров 10, но винтовка это тебе не ножичек. Опять же дерево пригодно для залезания струхнувшего охотника. Если не успею взять винтовку, то придётся лезть... Решаюсь и несусь изо всех сил к винтовке, хватаю её окровавленными руками, палец при взведении скользит в кровяной жиже и соскальзывает, матюкнувшись всё же взвожу.

Теперь силы опять неравные. Кабаны ходят вокруг меня, только за спиной тихо, рыкают недовольно, но на просеку не выходят. Начинаю стучать по деревьям и шуметь. Мат на кабанов, даже трёхэтажный, на удивление, не действует, не уходят и шуршат в кустах. Попробовал матюкнуться и на немецком, вдруг язык знают. Реакции – ноль. Очень неуютные ощущения с мурашками на спине. Зверь меня явно не боится. Я про себя такое же сказать не могу. Принимаю решение пугануть всё кабанье семейство. Включаю лампочку на лбу на максимальную яркость и с громкими криками и винтовкой наперевес начинаю быстро двигаться на кусты. В этот момент, кабаны вскидываются и, судя по топоту и ломаемым сучкам, начинают удирать от меня. Останавливаются метров наверное через пятьдесят и начинают опять повизгивать и рыкать на удалении. Жалкий свет фонарика выхватывает из темноты ближайшие кусты, но далеко не бьёт. Чёрт! Говорил же себе, что надо помощнее фонарь купить. Нет, опять отложил покупку до лучших времён.

Принимаю решение идти к вышке. От греха подальше. Иду быстро по просеке к вышке, а слева в кустах опять слышу движение. Неужели возвращаются свиньи? У страха глаза велики. К вышке уже практически подбегаю. Ощущения такие, как будто бегу в толпе кабанов. Адреналин в выжатых насухо надпочечниках кончился окончательно. В жилу вбрасываться уже нечему. Взлетев на вышку, успокаиваюсь в миг и понимаю, что кабаны испугались видимо ещё больше моего и ломятся слева от меня по кустам уходя в глубину леса. Минут через 5 наступает полная тишина. Посидев ещё минут с пять и выпив чая из термоса решаю идти к туше. До восхода солнца ещё часа два осталось. Тёплую куртку я оставил на сучке рядом с тушей, потихоньку стало холодно.

Посмеялся внутренне над собой и пошёл доделывать кровавое дело. Никто его за меня не сделает. Выдернул внутренности, выволок застрелянную свинью, судя по зубам, полуторогодовалого возраста из леса и полез на вышку ждать утра. Заснуть в предутренний час из-за волнительной охоты уже не смог, понадевал кофт, натянул на себя маску и дождался восхода чтобы сделать фото на память. Рассказ, да фото. Это всё, что мне останется с этой охоты на память. Не много конечно. Поэтому следующие выходные еду опять. Однако, револьвер будет теперь висеть у меня на боку. С ним адреналина на дольше должно хватить.

Фото Эдвина с кабаном

Берлин-Бранденбург

19 октября 2008

Яндекс цитирования