Вы здесь

Как я стал судебно-медицинским экспертом

Геннадий Бобро

Как обычно, мне досталась верхняя полка. Не страшно, посижу на свободной боковой. К ночи буду дома, ехать-то всего шесть часов.

Вагон почти пустой. Прохладно. Железнодорожный, дымный запах закипающего титана. Серый влажный ноябрь... Мертвый сезон... В окне дернулся и отодвинулся назад пустынный евпаторийский вокзал и сразу же заскользила желтая степь с кое-где одиноко торчащими усохшими кривыми деревцами...

Утром начальник госпиталя по-военному собрал всех и устроил мне проводы «на гражданку». Подошли друзья и врачи с кораблей. Добрые слова, пожелания, подарки... По случаю раннего утра и еще предстоящей службы, обошлись сугубо флотским чаем.

На КПП последний раз оглянулся на базу, где провел почти год. Залив, серые корабли у стенки, плац, штаб, узел связи... Сизые, аккуратно постриженные кусты тамарикса... Сквозь радостное возбуждение, накатила легкая грусть...

Теперь, под равномерное покачивание засыпающего вагона пришли мысли о будущем. Нет, тут все было ясно. Возвращение на родную кафедру, с которой ушел на службу. Год отмерил себе для того, чтобы доработать материалы диссертации и защититься... Чего тянуть? Литобзор готов, экспериментальная часть закончена. Садись и пиши...

Несмотря на перерыв в научной работе чувствовал себя уверенно, в полной форме. Микроэлектродная техника, электронный микроскоп, нейроны, синапсы, сэр Дж. Экклз – все было хорошо знакомо. Точно, хочу на свою кафедру, где в общей сложности провел в трудах шесть лет, где вырос из студента в ассистенты, где все близко и определенно...

«Ты, что уже отслужил? - в голосе ректора (и одновременно заведующего «моей» кафедрой) послышалась досада - Зайди ко мне на кафедру после обеда».

С волнением пришел на кафедру. Знакомые стены. Помнится, вот эту я красил в летние каникулы. Запахи животных. А вот и жирный, рыжий, наглый Васька – прижившийся на кафедре подопытный кот. Вот громадный аквариум, который я строил и населял флорой и фауной. Вот моя установка и аппаратура, которую я привез из НИИ физиологии.. Как оставил, так и стоит...

Кафедралы встретили хоть и радушно, но почему-то прячут глаза. Что-то неопределенное сквозит в словах доцента, который меня «вырастил». Не пойму, что...

«Места на кафедре нет – голос ректора звучал резко - Хочешь, иди младшим научным сотрудником в ЦНИЛ»

«Да и еще...- продолжал глушить он меня - Ты не защитишь ту работу. Поэтому передай все материалы нашему новому ассистенту, Владимиру Ивановичу. Взамен получишь другую тему».

Занявший мое место новый ассистент, только что закончивший институт розовощекий зять второго секретаря обкома, получивший через доцента мои материалы, был уверенным и важным. Меня в упор не замечал. Через год он защитился...

Никогда больше еще, как тогда, я не ощущал так остро свою беззащитность и принадлежность к низшему сословию. Сыну простых людей, инженера и медсестры, живущих своей жизнью за сотни верст, пренебрежительно, больно и грубо указали на его ничтожность. Потом еще много раз я сталкивался с несправедливостью и ложью. Но именно этот урок я запомнил навсегда.

Нет, с этим я смириться не мог. Ненавистны стали, такие еще хорошие недавно лица, работа. Проболтавшись по ЦНИЛу несколько месяцев, подал заявление об увольнении. Мне было все равно куда идти. Знакомый доцент-инфекционист пригласил на работу в инфекционную больницу. Работа как работа. Военная лечебная практика еще не забыта. Да и зарплата по сравнению с МНСом получше... Может хоть теща перестанет грызть за мизерную зарплату.

Бродя по институту с обходным листом, зашел в партком. Секретарь парткома, зав кафедрой судебной медицины, знал меня еще со студенческих лет, когда я привез с республиканской студенческой научной конференции первую премию, почему-то имени В.И. Ленина.

Выслушав мою просьбу подписать «бегунок», сказал:-«Погуляй-ка часок возле входа в институт». Через час пригласил меня в машину. Привез в областное Бюро судебно-медицинской экспертизы. Вызвав к себе начальника Бюро, он сказал мне: - «Здесь ты будешь работать!».

На следующий день я вышел на работу в морг. Интернатуры в то время еще не было. Диплом получил и вперед!

Нельзя сказать, что это дело было для меня совсем незнакомым. В мои студенческие годы циклы патанатомии и судебки длились по году. Занятия в моей группе вел молодой ассистент, в последствии ставший известным в СССР своими работами по давности наступления смерти и прибору-электростимулятору. Это был балагур и полиглот, большой любитель потрепаться и слегка приукрасить действительность. Поэтому, в моих ощущениях, судебная медицина казалась занятием не сложным. Еще студентом, на занятиях по патанатомии и судебной медицины приходилось вскрывать трупы. Ничего тут хитрого...

В первый же мой рабочий день мне дали вскрывать скоропостижный труп. Пустой секционный зал. На столе труп. Никого рядом. Кто подскажет, подстрахует? Смогу ли я вскрыть? Смогу ли я хоть что-нибудь увидеть?
Нет, пойду посоветуюсь со «стариками»... «Александр Павлович – задал я простой вопрос – что и как я должен увидеть?». В ответ он протянул мне пару книг по секционному курсу и скоропостижной смерти. Слава Богу, не очень толстые...Но когда их читать? Вскрывать же нужно!

Вернулся в секционную. С чувством громадной ответственности начал вскрытие. С технической частью проблем не оказалось... Так-так... А вот и тампонада околосердечной сумки... А вот и разрыв миокарда... А вот и инфаркт, и коронаросклероз... Фу-уу.

Тут в секционную зашел зав. отделом. Подошел, посмотрел, выслушал мой доклад. Пробурчал, что-то и ушел...

Прошла пара дней. Я тыкаю одним пальцем пишущую машинку. Оказалось, мне не хватает слов и какой-нибудь системы, чтобы хоть сколь-нибудь внятно описать увиденное на том вскрытии. Слава Богу, какая-то умная голова придумала бланки (запрещенного анкетного типа) «Акта судебно-медицинского исследования», которые хоть как-то направляют ход моих мыслей...

Потом, как у всякого начинающего водителя, период неуверенности сменился периодом самоуверенности. Местами стыдно вспонить... И только спустя годы пришла уверенность.

После года работы в морге поехал на длиннющие курсы специализации в Харьков. Для таких курсов предшествующий год работы оказадся весьма полезным. Стараниями преподователей, хаос, царивший до того в голове, вполне упорядочился. Здесь я познакомился и с уникальной библиотекой Н.С.Бокариуса, которую он оставил кафедре.

По возвращению из Харькова меня вызвали к себе профессор вместе с начальником Бюро и объявили свое решение назначить заведующим отделом...

Прошло много лет. Однажды ко мне на прием пришел кандидат медицинских наук Владимир Иванович. Да, тот самый... Просил о помощи... Помог. Не умею расплачиваться злом...

Яндекс цитирования