Вы здесь

История 7

Владимир Величко

- Влад, а про кочегаров ты сбрехнул, а – спросил зашедший в комнату еще в самом начале рассказа Женька Зенин – скажи честно.

- Что значит сбрехнул? Рассказываем то мы о чём – спросил Влад и сам же ответил – о жизни судебно-медицинской! Или что, мне надо было закончить так: и они, приняв такое решение, зажили щасливо и дружно, а со своими женами – в любви, полном взаимопонимании и одновременно вышли на заслуженную пензию в званиях заслуженных врачей и отличников здравоохранения? Нет, уж. То, что рассказано - есть суровая правда жизни ….

- Чего ты Эуген прицепился к Владу? Он рассказал свое. Рассказал интересно и, главное, поучительно. Вот ты сам взял бы, да и рассказал. Или слабо?

- Расскажу, расскажу. Сейчас вроде Самуилыч будет вещать? Или нет?

- Или да! Только дай с мыслями собраться – потом он поднялся из-за стола, прошелся по комнате и начал:

- На территории районного отделения, где я одно время работал, есть село … деревня … поселок. Ну, в общем, без разницы как его обозвать. Главное, что основным градообразующим предприятием этого посёлка была колония – ИТК. И была эта колония непростая, а для особо опасных рецидивистов. Там сидели так называемые полосатики. Колония обеспечивала работой до 80% жителей деревни. Иногда освободившиеся оставались на жительство в этой деревне, сойдясь с местными и одинокими женщинами. Жизнь есть жизнь. Такие «бывшие сидельцы» были, как правило, в завязке и жили как все деревенские: тихо трудились какими-нибудь кочегарами и никого не обижали. Правда, попивали порой. Я вам, коллеги расскажу о том, что нельзя играть в карты, глянув при этом на троих слушателей, шлёпающих картишками по столу:

- А мы то чё, мы ничего, мы в дурачка …

-Да играйте, я не о вас, а вообще. А кроме того расскажу и о том, как мне пришлось о тонкостях …э-э-э … одной насильственной смерти отчитываться перед… Паханом Зоны!

- Да, да! Отчитываться. Подробно объяснить старому урке все, что его интересовало, а Хозяин, прокурор района и начальник РОВД наравне с Паханом внимали. Причем молча….

- Да ну, Вильгельм Самуилович, заливаешь. В жизни такого случиться не могло: что бы перед зэком с согласия и присутствия главных охранителей закона судмедэксперт отчитывался о ….

- Ладно, не перебивай Деда – сказал Биттер. Жизнь удивительная штука и случиться может всё. Продолжай, Самуилыч!

- Случилось это ранней осенью 1986 года. Была середина рабочего дня. Обед. Все знают, что в это время Самуилыча – то есть меня, трогать не рекомендуется! - и похлопал себя по животу. Ну, так вот, именно в обед, дребезжа всеми шестеренками, и подкатил к моргу раздолбаный милицейский Уазик. Забежавший сержант не просто сказал, а заорал так, что мы поперхнулись:

- Вильгельм Самуилович, срочно, поехали …. В Советске (там колония располагалась) убийство. Серьезное….

- А где все?

- Наши уже уехали. Там и начальник милиции, и прокурор и два следователя и все оперА – всё это он выпалил на одном выдохе и замолк, шумно дыша.

Я понял, что дело серьёзное – не зря же все правоохранители выехали - на ходу допил чай, взял чемоданчик и мы покатили. На площади у «Белого Лебедя» - так в народе прозвали шикарное, длинное четырехэтажное здание выложенное белым кирпичом - было довольно пустынно. Вернее народ как по проспекту там никогда особо то и не ходил, но движение «клерков» с бумажками, охранников, расконвоированных зеков было всегда. А сейчас у входа стояли лишь две «Волги» и кучка наших начальников, полирующих своими пиджаками пыльные бока машин. И только вывалившись из УАЗа, я увидел, что везде стоит охрана с автоматами и служебными собаками. У меня еще мысль мелькнула: «Сбежал кто-то … и убил кого-то». Не успел я поздороваться, как из входной, застекленной двери выбежал прапор:

- Товарищи прокурор и начальник милиции! Вас приглашает Начальник колонии. Пройдите, пожалуйста! – Начальство ушло, а мы остались внизу. Из разговора с оперАми выяснилось, … впрочем, ничего не выяснилось. Они тоже ни черта не знали: то ли кто-то кого-то застрелил, а потом повесился.

- … то ли сначала повесился, а потом вспомнил, что еще дела остались, вылез из петельки, шмальнул нехорошего человека из автомата и на место - заржал один из оперов.

Так мы у входа с полчаса языки чесали, благо погода позволяла это. Потом снова появился давешний прапор:

- А кто из вас… судоэкспорт – и назвал мою фамилию.

- Иди, Самуилыч! Твой черед настал! Ты навсегда останешься в наших сердцах – хохотнул кто-то из оперов и шутовски перекрестил меня.

- Тьфу, на вас – сказал я весельчакам и пошел за прапорщиком. Мы быстро поднялись на второй этаж, в просторный кабинет начальника ИТК. Там было человек пятнадцать, все хмурые и даже мрачные. Вот, что я узнал.

Накануне вечером, в частном доме посёлка застрелился бывший «сиделец» этой колонии, освободившийся ровно год назад. Известно, что он незадолго до освобождения проиграл в карты крупную сумму. И он ее за год должен был либо достать, либо, приехав в деревню сунуть голову в петлю и одновременно застрелиться – по крайней мере, таковы были условия той игры. Труп обнаружили лежащим на полу - он не висел! Вот этот-то момент вызвал волнения среди зеков, ибо информация просочилась за колючку уже к утру. Зеки считают, что его застрелил кто-то из охраны. Ну, там еще кое какие моменты имеются, но они Вам Доктор неинтересны, это чисто наши, внутренние дела – добавил Полковник. Сейчас сюда приведут осужденного … короче Пахана по кличке Апостол. Он, так сказать, «держит» зону. И Вы Доктор должны ему доказать, что труп сначала висел, а потом выпал из петли.

- Милое дело! Как же я ему докажу если я трупа …

- Мы сейчас едем на место происшествия – его тщательно охраняют – и Вы осмотрите труп. Сколько Вам потребуется время на это, столько у Вас его и будет: час, два, сутки, в конце концов. А уж потом – Начальник кисло усмехнулся – будет Вам явление Апостола. И если Вы ему не докажете, что труп висел, прольется много крови. Если Вы докажете – он остановит волнения, если нет …. Мы их конечно все равно прессанём, скоро – начальник посмотрел на часы – не позже чем через часть прибудет спецрота УВД, но уж вы постарайтесь доктор. Мы вынуждены пойти на такое «сотрудничество» с Апостолом, так как жертвы нам не нужны. А они – могут быть!

Эта ситуация меня поначалу напрягла. Я-то ехал осматривать очередной труп, а тут! А тут придется выступать своеобразным судьей, разрулить, так сказать ситуацию. А как доказывать? Что говорить? А вдруг там нет странгуляционной борозды, а вдруг, … а если….

Однако все мои страхи сняло как рукой как только я увидел труп. Все оказалось проще, много проще, чем я себе представлял. Довольно быстро, затратив буквально пару минут, я оглядел лежащий на полу труп, комнату и улыбнулся:

- Зовите Апостола, я готов все ему рассказать и показать. Труп висел в петле!

Полковник кому то махнул рукой и...

- Товарищ п-а-а-лковник, осужденный номер … по вашему приказанию доставлен. Пока с осужденного снимали наручники, я его оглядел. Да, это действительно был Пахан. Невысокий, очень жилистый, а взгляд, взгляд! Таким, наверное, можно и гвозди гнуть.

- Э-э-э …. Товарищ Апостол, … э-э-э - неожиданно зазаикался я, не зная как вести себя с ним и как разговаривать.

- Да не тушуйся Доктор – шепнул Апостол – лучше объясни мне серому как умер наш зека. И всё.

- Ну, понимаете, у него на шее – вот тут и тут – участки вдавления в кожу которые являются фрагментами странгуляционной борозды, что доказывает то, что он…. А так же если мы возьмем на микрочастицы …

- Погодь, Доктор, погодь! Ты мне не втюхивай про ваши частицы фуфловые. Я знаю, что потом вы нарисуете все, что вам надо. А мне надо сейчас.

И вдруг мне стало ясно, как надо ответить этому зеку. Я вспомнил институт, экзамен по судебной медицине и ответ одного своего собрата-студента, после которого все легли от смеха на столы.

- А вот если я Вам Апостол задам такой вопрос – уже спокойно сказал я – Почему человек, когда вешается, в петле висит и не выскальзывает из неё, а?

- Ну, ясно почему. Петля сдавливает шею, и тело вниз не провалиться, так как … голова больше шеи. Ну как то так, примерно.

- Верно, верно, товарищ Апостол именно поэтому. Примерно так же ответил на похожий вопрос профессора и мой сокурсник: « … Потому, что на голове растут уши и через них петля не может перескочить…», а теперь, сказал я, надевая анатомические перчатки, гляньте: вот вроде и голова и даже лицо можно узнать, верно?

- Верно!

- А теперь – и я стал сминать голову с костями, сделав ее при этом по объему не толще чем окружность шеи.

- Дело было так: этот человек встал на табуретку, надел на шею проволочную петлю, взял в руку обрез двуствольного ружья, приставил стволы к подбородочной области - вот входное огнестрельное отверстие с отпечатками дульного среза - и нажал на курки. Заряд крупной дроби вынес вверх и мозг, и кости черепа, и кости верхней челюсти, по сути всю голову - и я показал ему на потолок, где прилипло все вышеозначенное.

- После этого он повалился с табуретки и, так как головы не осталось, то тело под действием тяжести и ушло вниз. Он, наверное, провисел несколько минут, потом упал на пол, где его и нашли. Вот, на шее, имеются следы скольжения жесткой петли. Вот моё мнение, товарищ Апостол.

Он еще немного постоял рядом, потом повернулся к полковнику:

- Все, Хозяин. Мне показали, я в натуре врубился. Базара нет. Этот муфлон сам себя заколбасил. Мы бурагозить не будем, кипеша ни вам, ни нам не надо. Отзывай своих псов – и протянул руки охраннику. На запястьях его снова щёлкнули наручники.

- Бывай, Доктор - и Апостола увели.

Вот такой случай, коллеги, случился со мной почти два десятка лет назад. Да, через месячишко после того случая меня пригласили в наше РОВД и от имени Начальника Областного УВД вручили грамоту и ценный подарок – часы. Самуилыч снял свои «Командирские» и с законной гордостью продемонстрировал гравировку на крышечке: «Вильгельму Самуиловичу …» тут он брюзгливо сказал:

- Только фамилия моя не склоняется как и у истинных арийцев, а они …

- Ариец … тоже мне, ариец. У тебя арийского что и есть так это твое пивное и истинно баварское пузо! Ура! Да здравствует наш Вильгельм Самуилович! И все подняли наполненные кружки.

Яндекс цитирования