Вы здесь

Первые встречи

Владимир Величко

Чудо не противоречит законам природы, а только нашим представлением о них.
Блаженный Августин

Была середина 60-х. Время всеобщего братства и стихов, время Гагарина и, соответственно, бешеного интереса к Космосу, время расцвета фантастики и поэзии. Мы, мальчишки Красноярска, уже начали осваивать Столбы, речку Ману, близлежащую тайгу, а со всем этим - костры, гитары и бесконечные диспуты о смысле жизни и просто о жизни. Ребята мы были достаточно спортивные и зимой, Столбы нам заменяли лыжи и хоккей с мячом – ведь рядом был стадион с нашими кумирами - хоккеистами «Енисея». Шайба тогда популярностью не пользовалась, «коробок» для нее почти не было, но кое- когда и мы брали в руки «квадратные» клюшки и гоняли шайбу в маленькие ворота, поперек большого ледяного поля. Вот во время такой игры и случилось нечто…

В один из моментов игры я подхватил шайбу и тут же отправил ее вперед, своему партнеру. При этом я на мгновение отвлекся и когда вновь поднял голову, то увидел, что шайба висит в воздухе, между мной и соперником. Я в тот момент очень удивился и стал ее рассматривать. Она медленно вращалась вокруг своей оси, слегка при этом покачиваясь с боку на бок. Отчетливо читалась вырезанная ножом надпись – «Вова». Я еще подумал, что Валерка, ее принесший, видимо, спер шайбу у кого–то. Отчетливо увидел, что края ее, изрезаны зубчиком. Хорошо помню на заднем плане замершего в броске пацана. Как мне кажется, шайбу, я разглядывал долго и в какой – то момент понял, что она не просто висит, а очень и очень медленно ко мне приближается. И когда я это осознал, все кончилось. Шайба мгновенно рванулась, последовал удар, мрак…

В себя я пришел уже на скамейке. На лицо лили холодную воду, кто – то из друзей прикладывал комок холодного снега, а в голове стоял звон. Шайба попала мне в лоб, оба глаза мгновенно заплыли «благородным» мальчишеским «фингалом» и я, в результате, два дня пролежал дома. Все, впрочем, обошлось благополучно. Даже сотрясения головного мозга не случилось. Вот эти два дня, что меня родители насильно удерживали в постели, я и думал. Меня очень поразило случившееся. Ведь время, которое затратила шайба в полете, от клюшки до моей физиономии было ничтожно малым, может быть полсекунды, а то и меньше, а столько мыслей, рассуждений, сопоставлений, выводов – вместил в себя этот миг! Все это было очень удивительно. И размышляя об этом, я вдруг вспомнил! Ведь нечто подобное уже произошло со мной, только давно, когда мне было лет 8-9, ну может 10, не больше.

Мы тогда жили в другом доме, на улице Ломоносова – там, где теперь завод, что комбайны делает, а того нашего, старого дома уже давно нет. Дом наш - бревенчатый двухэтажный и двухподъездный – так называемый барак, стоял в длинном дворе, по которому часто проезжали автомобили - в его глубине, располагалась какая – то автобаза. Ворота двора представляли собой два здоровенных, деревянных столба, а створки отсутствовали. И вот однажды я вышел на улицу погулять. Была влажная теплынь – весна или лето. Так вот, вышел я из ворот и огляделся.… По улице вдоль забора, со стороны магазина, к нашему двору шла соседка славящаяся, как нам, ребятишкам, тогда казалось, своей вредностью и несправедливостью. У меня тут же родилась «светлая» мысль подшутить над бабушкой. Затаившись за забором, я стал ее поджидать, так как хотел, якобы случайно выскочив из ворот, напугать ее своим «громким» появлением. И вот, выждав столько времени, сколько по моим расчетам бабушке понадобилось бы на то, чтобы добраться до ворот, я выскочил и … угодил прямо под колеса въезжающего в ворота грузовика. Где в тот момент была бабушка, я до сих пор не знаю, да это и не важно – не в бабушке дело. Я успел руками опереться о капот машины, а ноги, по инерции, заскользили под переднее колесо, и я упал на спину. Мое тело, примерно на уровне бедер, почти таза, оказались как раз на пути переднего колеса грузовика и рядом с ним. Вот тут и произошло нечто удивительное. Испугаться я не успел, лишь осознал, что лежу на спине, а все вокруг замерло. Машина как – бы застыла, и даже колесо не крутилось. Я очень неторопливо поднял обе сомкнутые вместе ноги вверх и только тогда, переднее колесо стало медленно–медленно прокручиваться рядом с моими ногами, касаясь их своей наружной поверхностью и как бы обтираясь о них. Слегка повернув голову, я увидел медленно проплывающий обод, увидел резину колеса, увидел прилипшую к ней спичку с комком смолы и эта прилипшая к резине спичка, мне и запомнилась больше всего. Я до сих пор (хотя прошло уже немало лет) закрыв глаза, отчетливо вижу эту спичку в смоле медленно, очень медленно, вращающуюся с колесом. Потом, наконец, колесо проплыло мимо. После этого я отпустил ноги на землю под машину (уже между передним и задним колесами), неторопливо перевернулся на живот и встал. Повторюсь еще раз – все это происходило очень и очень медленно, а я все свои движения совершал неторопливо и без малейшей суеты, думая при этом и о бабушке и о том, почему она задержалась, и о том, что мне влетит от мамы за испачканную в грязи одежду. Потом был длительный бег, куда глаза глядят, запоздалый страх, переживания происшедшего и опасения возмездия со стороны всех – так и не напуганной бабушки, вероятно напуганного моими фортелями водителя машины и разъяренных родителей, которым, конечно же, обо всем расскажут…

Тогда, в середине шестидесятых, я достаточно много думал об этих двух случаях, и они крепко запали мне в голову. По молодости лет и суетности им сопутствующей, я так ни к каким выводам и не пришел, и никак это объяснить себе не смог. В дальнейшем эти события, вероятно, и настроили меня на поиски удивительного, пристрастили к лихорадочному чтению всей, попадающейся в руки фантастики, сделали восприимчивым ко всему необычному. В те годы безраздельно царили «физики» и все, выпадающее из привычного понимания вещей, объясняли с точки зрения науки, а все не то, что мистическое, а зачастую и просто непонятное подвергалось, в лучшем случае, осмеянию, а то и преследованию. Царивший в те годы суровый материализм так же не способствовал изучению (по крайней мере, официальной наукой) всего мистического и неведомого. Но уже и тогда мне представлялось, что все не так просто и есть нечто, от чего современный мир спрятался, уподобился страусу с головой в песке. Это чувство со временем окрепло, тем более, что последующие годы дали мне пищу для новых размышлений.

После школы и службы в армии я поступил учиться в Красноярский медицинский институт. Учиться первые два курса было сложно. Сказывался перерыв на армию, но было большое желание все экзамены сдать без троек, хорошо, и поэтому учил помногу, тщательно штудировал предметы. И вот подошла первая сессия. Одним из предметов, по которому предстояло сдавать экзамен, был такой «милый» предмет, как история КПСС. Билеты по предмету выучил хорошо, и в ночь перед экзаменом рано лег спать. И вот в эту ночь мне и приснилось, как я сдаю экзамен, и какой попался билет. Проснувшись, я подивился этому сну и подумал, что было бы хорошо, если бы и в самом деле попался приснившийся билет, так как вопросы в нем были легкие (я до сих пор помню один из вопросов). Но вот и экзамен. Я зашел к экзаменатору первым и, что бы вы подумали? Мне попался этот самый билет! Ответил и получил пятерку. Удивился, конечно, такому совпадению, но исключительно про себя и благополучно забыл это на целый год. Но вот год прошел. На втором курсе мы сдавали экзамен по очень сложному предмету - гистологии. Это наука о микроскопическом строении тканей и органов человеческого тела - один из первых специальных предметов в медицинском ВУЗе. Предмет достаточно сложный, кафедра очень принципиальная и всякая «халява», поэтому исключалась. Учил предмет настойчиво, много времени проводил у микроскопа. Сил и энергии на подготовку затратил много и к экзамену порядком устал. И вот настал последний перед экзаменом вечер, наступила ночь и опять, во сне я увидел обстановку экзамена, билет и вопросы в нем. Утром все вспомнилось, и я сразу же сел повторять вопросы этого билета. Когда приехал в институт и зашел в экзаменационную комнату, меня взяла оторопь! Все в комнате было как в моем сне. Столы, преподаватели, развешенные по стенам плакаты - все совпадало и даже какая-то несуразная ваза с желтыми цветами, стояла на столе рядом с экзаменатором. Эта ваза меня и поразила больше всего! До того, я ее ни разу в глаза не видел, в отличие от всего остального. Увидев все это, я растерялся – как же мне этот, приснившийся, билет найти? И тогда я на секунду закрыл глаза, вспомнил, как входил, как брал билет во сне и после этого, по какому- то наитию, подошел к столу, где были разложены билеты, и наугад взял билет, стараясь при этом ни о чем не думать. Открыл его и увидел, что все повторилось! Сон сбылся! Вот на этот то раз, случившимся я был поражен, причем так глубоко, что не испытал особых, радостных эмоций от хорошей отметки. Громадность и невероятность происшедшего затмила во мне все остальные чувства.

Больше ничего подобного со мной в институте не происходило. С учебой освоился, предметы пошли интересные, специальные, все запоминалось легко и таких напряжений перед экзаменом, я больше не испытывал, а жаль! Случившееся со мной на этих экзаменах надолго выбило из привычной колеи, заставило смотреть на мир другими глазами, заставило ощутить, что есть еще нечто, совершенно не затронутое интересами Человека, нечто неведомое. Для себя я пришел к однозначному выводу – да ясновидение, или нечто похожее на него, существует! В будущее заглянуть можно! В моих случаях это произошло после настойчивых мыслей о предмете, в момент высокого эмоционального и психического напряжения и огромного желания успешно решить стоящую передо мной проблему. Я, в какой – то момент, словно бы пробил барьер с будущим, заглянул краешком глаза на следующую «страницу» своей личной жизни и увидел там то, что мне очень хотелось узнать. Я никому не смог бы этого доказать, никого не смог бы в этом убедить, да это и неважно. Я, стопроцентный атеист и комсомолец начала 70–х, впервые понял тогда фанатиков веры в Бога и вообще - смысл, и основу веры! Ведь они, верующие люди (я имею в виду настоящих христиан, мусульман, а вовсе не тех, кто в угоду новым веяниям начала 90–х стояли в церкви со свечой) верят в Бога, не требуя тому доказательств, истово верят! Так и для меня этот факт ясновидения, мною испытанный, мною пережитый, ярко окрашенный моими эмоциями не требует более доказательств – я это твердо знаю, для меня это бесспорно!

Яндекс цитирования