Вы здесь

« … Есть надписи на русском языке...»

Владимир Величко

«Камасутра» - это не просто набор смешных картинок, это еще и выбор жизненной позиции.
Народная мудрость

Однажды утром - как часто приходится то или иное жизнеописание начинать с этих слов! - придя на работу, я застал у кабинета посетителя. Очень необычного посетителя, надо сказать. И хоть был уже 1986 год, и уже повеяли ветры перемен, но все равно я испытал некоторую … некоторое неудобство в организме, когда этот посетитель предъявил магическую красную книжечку с гербом СССР и тремя, широко известными в народе буквами. Нет, нет! Это не те три буквы, которые сразу же придут на ум нашему читателю. Это были другие буквы! Это были буквы - КГБ!

Слегка озадаченный, я пригласил «товарища лынтинанта» в кабинет и, сделав подобающее ситуации выражение лица, спросил:

- Чем обязан, товарищ лейтенант? … Ей, Богу, секретов врагам не выдавал. Скажу честно – прошептал я, наклонившись к его уху - последнее что продал, это данные о форме танкового катка! Сообщил американцам, что он на наших танках круглый! Но ведь это давно было,… да и сознался добровольно. Мне ведь это зачтется, та-а-ищ лейтенант?

- Вы можете серьезно относиться к разговору, или мне Вас повесткой приглашать надо? А то балагурите что-то не по месту…. Сейчас Вам доктор совсем невесело станет.

После этого лейтенантик вытащил свою папочку и стал деловито, очень неторопливо раскладывать на столе бумаги, изредка бросая на меня значительные взгляды. Что греха таить, мне стало слегка не по себе, появилась некоторая тревога и неудобство под ложечкой. Мало ли что?

- Значить так! Мне, гражданин надо Вас допросить по поводу … Но тут я невежливо перебил его, ибо работая судебно-медицинским экспертом и общаясь с юристами уже знал когда и кого допрашивают, а когда опрашивают:

- С чего вдруг Вы меня допрашивать собрались? Я что обвиняемый? У Вас уголовное дело? Предъявите обвинение и допрашивайте, а если нет - то я имею полное право Вас отправить на … тоже на три буквы, но это будут вовсе не те буквы, что гордо красуются на Вашем удостоверении.

- Что вы себе позволяете??? – буквально завизжал лейтенант, и лицо его стало красным как корочка удостоверения! Да я Вас … да мне ничего не стоит, …Вы не представляете …

- Слушай лейтенант, успокойся – примирительно сказал я - давай спокойно поговорим и выясним все, что ты хотел. А то устроил здесь камедь с бумажками, допросами… Ты меня, как я понимаю, можешь только опросить, по тому или иному эпизоду, свидетелем которого я, видимо, невольно стал. Так ведь? А я – вправе отказаться давать эти объяснения, так?

- Может и свидетелем гражданин, а может и обвиняемым, – успокаиваясь, многозначительно процедил посетитель.

- Ну ладно, ладно, сейчас опросишь меня, как хочешь, … а пока, давай ка лейтенант для знакомства, выпьем по стопочке, а? А то вчера мы слегка гульнули с ребятами … вот организм и просит. А твой организм как? Согласен он принять рюмашку?

- Я на работе не пью! – с брюзгливым выражением лица, ответил он - да и Вам не советую! Согласно решению Политбюро и лично товарища Горбачева у нас …

- Да, ладно тебе! – примиряющее ответил я и полез в сейф – я капельку, … а товарищу Горбачеву мы, так и быть не скажем, хорошо?

Потом, приводя в порядок мысли, я за пять минут совершил до боли знакомый ритуал наливания-разведения-вдоха-выдоха-запивания-смахивания скупой слезы, выданной организмом, в ответ на совершенное над ним насилие. Все это время лейтенант сидел с каменным и слегка презрительным выражением лица.

- Ну, так в чем дело? – спросил я, выравнивая дыхание - какие у Вас вопросы ко мне, товарищ лейтенант?

- Значит так, гражданин… Вы в пятницу вечером проезжали на мотоцикле – и он назвал место, где я должен был проезжать. Я задумался на минутку и сказал:

- Да, вроде проезжали. Мы с приятелем ездили на рыбалку, а что такое?

- … и Вы останавливались около стелы с названием нашего города?

- Ну, … останавливались! Колесо у мотоцикла прокололось, меняли.

- А что-то необычное не заметили?

- Необычное? В каком смысле?

- Ну, там людей, … надписи? И тут я въехал в проблему и, фыркнув, во весь голос рассмеялся…. Ах, вот что такое!

Ну, а дело было вот в чём. Мы с приятелем Генкой Левашовым поехали на мотоцикле, на речку с удочками посидеть. До речки было километров семь и при этом, надо было пересекать многолюдный Московский тракт. Уже у самого тракта, наш мотоцикл как-то странно завилял, застучал ободом по асфальту – колесо спустило! А заднее колесо на «Урале» менять довольно хлопотно, поэтому мы, скатив машину подальше на обочину, занялись ремонтом. Провозились мы с полчаса, не меньше. Когда заканчивали, Генка меня толкнул кулаком и, показав рукой куда-то в сторону, громко рассмеялся. Я сначала не понял причину его жизнерадостного ржанья, а потом увидел …. Дело было в том, что название нашего маленького городка – Уяр. Так вот, на большом щите, где чёрным по белому и было написано это название, кто-то спереди, к имени города, пририсовал большую и тоже чёрную букву «Х»! Получилось презабавно! Ну, мы с Генкой еще минут десять стояли, обмениваясь комментариями, и радостно похохатывали, размахивая руками. Потом сели и укатили рыбку ловить.

Все это я лейтенанту честно и рассказал. На свою голову. После этого и началось почти часовая проработка и воспитание в плане: да как вы, советские врачи могли смеяться над антисоветской выходкой неизвестных – пока! – многозначительно добавил он, злоумышленников! Они подрывают устои Советской власти, нашу мораль и наше мировоззрение – передовое мировоззрение советского человека. Да знаете ли Вы, что являетесь, по сути, пособниками таких негодяев, которые исподтишка возводят хулу на наш строй, что мы можем Вас обоих привлечь к .… Ну к чему-то там, уж и не помню сейчас к чему.

- Ну, а мы-то здесь причем? От меня-то ты, что хочешь лейтенант? – и при этом мне вдруг стало так скучно, что я откровенно и не стесняясь его, зевнул во всю ширь.

- Слушай, лейтенант, а тебе самому не стыдно?

- Что? Почему? – он явно растерялся от моего вопроса.

- Ну не стыдно тебе заниматься такой ерундой? Ведь этот случай и выеденного яйца не стоит. Ведь понятно, что написали это банальные хулиганы. Причем если это жёстко сказать - хулиганы! А на самом деле это, скорее всего, написали малолетние шутники, пацаны. Ведь это и ребёнку понятно. А тут вдруг КГБ! Вы что там охренели совсем? Вам что заняться совсем нечем?

- Да как Вы смеете? Да это Вы сами и написали…

И тут у меня вдруг пропал всякий интерес и пиетет перед столь значимой структурой вообще и перед этим пацаном – в частности:

- Знаешь, лейтенант, а пошел ка … я работать. У меня, в отличие от тебя – есть серьёзные дела, а ты – извини! – дурака валяешь! Забирай свои бумажки, я ничего подписывать не буду. …

И ушел в секционную… Больше я этого лейтенанта не видел и с представителями сей организации не встречался.

Ну, а Советская власть вскоре и сама стала рушиться, засыпая своими обломками судьбы миллионов и миллионов людей, но мы с Генкой – вот ей Богу! – к этому отношения все-таки не имели. Честно вам говорю!

Яндекс цитирования